Харьковское сражение (12—29.05.1942)

Харьковское сражение
(12—29.05.1942)










В 1942 году советские Вооруженные силы вновь оказались на пороге суровых испытаний. Им предстояла тяжелая и упорная борьба с врагом, который продолжал сосредоточивать на советско-германском фронте свои резервы, не опасаясь открытия активных действий в Западной Европе.

Особенно напряженные сражения Красной Армии весной 1942 года проходили под Харьковом и на Керченском полуострове. Исход борьбы в этих районах в значительной степени определил развитие событий не только на юго-западном направлении, но и на всем советско-германском фронте.

Одновременно с тяжелыми боями на Керченском полуострове не менее напряженная борьба развернулась в районе Харькова. Еще в ходе общего стратегического наступления Красной Армии советское командование в течение января — марта 1942 года пыталось провести ряд наступательных операций на Курском и Харьковском направлениях, в Донбассе и Крыму. Все эти операции существенных территориальных результатов не дали. Лишь некоторые успехи были достигнуты войсками Южного и Юго-Западного фронтов в Донбассе при проведении Барвенковско-Лозовской операции во второй половине января.

В мае 1942 года на советско-германском фронте обе стороны начали борьбу за овладение стратегической инициативой. Они велись почти два месяца. Для Красной Армии события стали развиваться неблагоприятно. Вермахт опередил ее в активных действиях в Крыму, где 8 мая перешел в наступление на Керченском полуострове против войск Крымского фронта.

Почти одновременно с оборонительным сражением в Крыму 12 мая началась Харьковская наступательная операция войск Юго-Западного фронта. Советское командование делало на нее главную ставку в нанесении упреждающих ударов по немецко-фашистской армии весной 1942 года. Однако 17 мая и противник начал наступление на харьковском направлении. Операция приняла характер встречного сражения.

22 марта Военный совет Юго-Западного стратегического направления, во главе которого находились Главнокомандующий войсками направления Маршал Советского Союза С. К. Тимошенко, член Военного совета Н. С. Хрущев и начальник штаба генерал И. X. Баграмян, представили в Ставку доклад об обстановке, сложившейся к середине марта на фронтах Юго-Западного направления, и о перспективах боевых действий в весенне-летний период 1942 года.

В докладе говорилось, что «в итоге проведенных и проводимых сейчас наступательных операций нам удалось расстроить нормальное оперативное построение войск противника, заставить его не только израсходовать все оперативные резервы, но и раздергать для локализации наших успехов свои дивизии первой линии обороны, вплоть до отдельных батальонов. Противник доведен активными действиями наших войск до такого состояния, что без притока крупных стратегических резервов и значительного пополнения людьми и материальной частью не способен предпринять операции с решительной целью.

По данным агентуры и показаниям пленных, противник сосредоточивает крупные резервы со значительным количеством танков восточнее Гомеля и в районах Кременчуг, Кировоград, Днепропетровск, очевидно, с целью перехода весной к решительным действиям...

Мы считаем, что враг, несмотря на крупную неудачу осеннего наступления на Москву, весной будет вновь стремиться к захвату нашей столицы. С этой целью его главная группировка упорно стремится сохранить свое положение на московском направлении, а его резервы сосредоточиваются против левого крыла Западного фронта (вост. Гомель и в районе Брянск).

Наиболее вероятно, что наряду с фронтальными ударами против Западного фронта противник предпримет крупными силами мотомехсоединений наступление из районов Брянск и Орел в обход Москвы с юга и юго-востока с целью выхода на реку Волгу в районе Горький и изоляции Москвы от важнейших промышленных и экономических центров Поволжья и Урала.

На юге следует ожидать наступления крупных сил противника между течением реки Сев. Донец и Таганрогским заливом с целью овладения нижним течением реки Дон и последующим устремлением на Кавказ к источникам нефти... Для обеспечения действий основных ударных группировок на Москву и на Кавказ противник, несомненно, попытается нанести вспомогательный удар из района Курска на Воронеж... Можно предполагать, что противник начнет решительные наступательные действия в середине мая...

Независимо от этого войска Юго-Западного направления в период весенне-летней кампании должны стремиться к достижению основной стратегической цели — разгромить противостоящие силы противника и выйти на Средний Днепр (Гомель, Киев, Черкассы) и далее на фронт Черкассы, Первомайск, Николаев...»

Далее в докладе излагались задачи войск Брянского, Юго-Западного и Южного фронтов, привлекаемых к наступлению, а также мотивы по усилению этих фронтов резервами Ставки и обеспечению материально-техническими средствами.
Такая оценка сложившейся обстановки не могла не повлиять в определенной мере на окончательное решение Ставки.

Генеральный штаб, рассмотрев предложение Военного совета Юго-Западного стратегического направления, доложил Верховному Главнокомандующему о своем несогласии и невозможности проведения крупной наступательной операции на юге весной 1942 года.

В конце марта предложение Военного совета Юго-Западного направления рассматривалось на совместном совещании членов ГКО и Ставки. Поскольку Ставка не располагала в то время достаточными резервами, она согласилась с мнением Генштаба и отклонила предложение о проведении крупного наступления на юге весной 1942 года. Главнокомандующий войсками Юго-Западного стратегического направления получил указание разработать план частной, небольшой операции, цель которой - разгром лишь харьковской группировки врага и освобождение Харькова имеющимися силами. В соответствии с этим указанием Военный совет Юго-Западного направления 30 марта представил в Ставку план действий на апрель — май 1942 года, основной целью которых ставилось «овладеть г. Харьков, а затем произвести перегруппировку войск, ударом с северо-востока захватить Днепропетровск и Синельниково...

На остальном протяжении фронта войска ЮЗН (Юго-Западного направления) прочно обороняют ныне занимаемые рубежи...»

План Харьковской операции предусматривал нанесение двух ударов войсками Юго-Западного фронта из района Волчанска и с Барвенковского выступа по сходящимся направлениям на Харьков, разгром харьковской группировки врага и создание условий для организации наступления на днепропетровском направлении уже с участием Южного фронта.

По плану, утвержденному Главкомом Юго-Западного направления, главный удар с Барвенковского выступа предстояло нанести силами группировки войск в составе 6-й армии генерал-лейтенанта А. М. Городнянского, наступавшей непосредственно на Харьков с юга, и армейской оперативной группы генерал-майора Л. В. Бобкина, наносившей обеспечивающий удар на Красноград.

В резерве командующего направлением и Юго-Западным фронтом на направлении главного удара находились две стрелковые дивизии и кавалерийский корпус.

Правее Юго-Западного фронта предполагался переход в наступление войск Брянского фронта с целью разгрома орловской группировки врага. Однако это наступление впоследствии было отменено Ставкой.

Всего в составе этих объединений должно было наступать 10 стрелковых и 3 кавалерийские дивизии, 11 танковых и 2 мотострелковые бригады.

Во вторую ударную группировку входили 28-я армия генерал-лейтенанта Д. И. Рябышева и примыкавшие к ней фланговые соединения 21-й и 38-й армий, которыми командовали генерал-майоры В. Н. Гордов и К. С. Москаленко. В общей сложности она насчитывала 18 стрелковых и 3 кавалерийские дивизии, 7 танковых и 2 мотострелковые бригады. Эти войска должны были нанести вспомогательный удар из района Волчанска в обход Харькова с севера и северо-запада навстречу наступавшей с юга главной ударной группировке.

Обеспечение левого фланга главной группировки Юго-Западного фронта от возможных ударов противника с юга возлагалось на войска 57-й и 9-й армий (командующие — генерал-лейтенант К. П. Подлас и генерал-майор Ф. М. Харитонов) Южного фронта (стрелковых дивизий – 11, стрелковых бригад -1, танковых бригад -2), занимавших южный фас Барвенковского выступа, которые должны были организовать глубокоэшелонированную оборону. В резерве командующего Южным фронтом генерал-лейтенанта Р. Я. Малиновского на этом направлении находился кавалерийский корпус в составе трех дивизий. Следует отметить, что войска Южного фронта были весьма малочисленны. К тому же по приказу Главкома Юго-Западным направлением из дивизий этого фронта было изъято по 500 человек для усиления ударной группировки Юго-Западного фронта, наступавшей на Харьков.

Несмотря на то что к Харьковской наступательной операции привлекалось в общей сложности 28 дивизий, добиться заметного численного перевеса над противником не удалось, так как укомплектованность их была сравнительно невысокой (в среднем не более 8-9 тыс. человек; дивизии же 6-й немецкой армии насчитывали по 14-15 тыс. человек).

План советского командования предусматривал решительные цели окружения и разгрома группировки противника в районе Харькова с последующим развитием ударов с целью освобождения Донбасса. Однако необходимо подчеркнуть рискованность принятого плана операции, имея в виду, что противник также готовился предпринять активные наступательные действия крупными силами против наших войск, расположенных в Барвенковском выступе. О намерениях немецкого командования Ставка ВГК и Генеральный штаб были осведомлены. В сложившейся обстановке нельзя было начинать крупную операцию из оперативного мешка; представлялось более выгодным или главный удар фронта наносить с плацдарма на реке Северский Донец, западнее Волчанска, с первоначальной целью срезать Чугуевско-Блаклеевский выступ противника с последующим развитием удара по разгрому его группировки в районе Харькова, или принять более решительные меры для обеспечения флангов ударной группировки Юго-Западного фронта как со стороны Славянска, так и со стороны Балаклеи.

Немецко-фашистское командование в целях создания более благоприятных условий для летнего наступления на юго-западном направлении приступило в конце апреля — начале мая к подготовке наступательной операции под Харьковом (условное наименование «Фридерикус-I») по ликвидации Барвенковского выступа. Как свидетельствуют немецкие документы и показания бывшего командующего 6-й армией Ф. Паулюса, цель этого наступления состояла в захвате важного оперативно-стратегического района, который предполагалось использовать в качестве исходного плацдарма «главной операции» согласно директиве ОКВ № 41. Позднее Ф. Паулюс отмечал, что «эта операция должна была в первую очередь устранить непосредственную опасность коммуникациям немецкого южного фланга в районе Днепропетровска и обеспечить удержание Харькова с разместившимися там большими складами и лазаретами 6-й армии. Далее, необходимо было овладеть местностью западнее реки Северский Донец, юго-восточнее Харькова для последующего наступления через эту реку на восток».

Проведение операции «Фридерикус-I» возлагалось на 6-ю армию и армейскую группу «Клейст» (1-я танковая и 17-я армии). В их задачу входило нанесение контрудара из районов Балаклеи и Славянска в общем направлении на Изюм.

Группировка войск противника в результате проведенных им мероприятий с конца апреля до 12 мая была значительно усилена. Перед Юго-Западным фронтом к 12 мая действовало 15 пехотных и 2 танковые дивизии противника, тогда как наши разведчики считали, что противник имеет только 12 пехотных и танковую дивизии. Группировка противника на 12 мая перед Южным фронтом была увеличена на 6 дивизий, что нашей разведкой также не было выявлено. Эта группировка насчитывала 24 пехотные, 3 танковые, 5 моторизованных и 2 кавалерийские дивизии. Непосредственно против войск 57-й и 9-й армий было сосредоточено 10 пехотных, 2 танковые и моторизованная дивизии.

Общее соотношение сил на юго-западном направлении к 12 мая 1942 года складывалось не в пользу советских войск. В танках силы были равны, а по количеству людей противник превосходил в 1,1 раза, в орудиях и минометах — в 1,3 раза, в самолетах — в 1,6 раза. Только в полосе наступления Юго-Западного фронта удалось достичь полуторного превосходства в людях и немногим более чем двукратного в танках, среди которых было еще много легких, со слабой броней и вооружением. По артиллерии и авиации силы сторон были примерно одинаковыми, но противник обладал подавляющим количественным и качественным превосходством в бомбардировщиках. К тому же соединения Юго-Западного фронта в большинстве своем состояли из необстрелянных солдат.

На южном же фасе Барвенковского выступа, где располагались 57-я и 9-я армии Южного фронта, противник превосходил наши войска по пехоте в 1,3 раза, в танках — в 4,4 раза и по артиллерии — в 1,7 раза. Это обстоятельство еще более подчеркивало необходимость прочного обеспечения ударной группировки Юго-Западного фронта со стороны Славянска (особенно в противотанковом отношении) и наличия у командующего Юго-Западным фронтом таких резервов, которые в состоянии были бы парировать танковый удар противника.

В этих условиях командованию Юго-Западного стратегического направления нужно было надежно обеспечить действия главной ударной группировки Юго-Западного фронта со стороны Славянска. Для отражения возможных ударов танковых сил врага требовались мощные противотанковые резервы. Разведка 9-й армии еще до начала Харьковской операции достаточно точно определила сосредоточение танковых соединений армейской группы «Клейст» перед войсками армии. Однако ни командующий Южным фронтом генерал Р. Я. Малиновский, ни Главнокомандующий войсками Юго-Западного направления маршал С. К. Тимошенко не приняли во внимание своевременный доклад Военного совета 9-й армии об угрожавшей опасности.
Боевые действия войск Юго-Западного фронта начались 12 мая переходом в наступление обеих ударных группировок. За первые три дня напряженных боев войска фронта прорвали оборону 6-й немецкой армии севернее и южнее Харькова в полосах до 50 км каждая и продвинулись из района Волчанска на 18-25 км, а от Барвенковского выступа — на 25-50 км. Это вынудило командующего группой армий «Юг» просить главное командование сухопутных войск срочно перебросить 3-4 дивизии из состава армейской группы «Клейст» для ликвидации прорыва.

Командование Юго-Западного направления доносило в Ставку 15 мая, что операция развертывается успешно и созданы необходимые условия для включения в наступление войск Брянского фронта и дальнейшего форсирования операции Юго-Западного фронта. Однако эти прогнозы оказались преждевременными. Командование фронта и направления, к сожалению, не использовало сложившуюся к исходу 14 мая благоприятную обстановку: оно не ввело в сражение подвижные соединения для развития первоначального успеха и завершения окружения немецкой группировки в районе Харькова. В результате стрелковые войска заметно истощили свои силы, и темп наступления резко снизился. Вторые эшелоны армий были введены в сражение утром 17 мая. Но время было упущено. Противник выдвинул к районам прорыва значительные подкрепления, организовал прочную оборону на тыловых рубежах и завершил перегруппировку. 17 мая противник бросил в наступление из района Краматорск, Славянск против 9-й и 57-й армий Южного фронта 11 дивизий армейской группы «Клейст». Одновременно он начал наступать из района восточнее Харькова и южнее Белгорода против 28-й армии Юго-Западного фронта. Войска 9-й армии оказались не подготовленными к отражению удара. Соотношение сил сложилось в пользу врага: по пехоте — 1:1,5, артиллерии — 1:2, танкам — 1:6,5. Армия не смогла сдержать мощного натиска, и ее левофланговые соединения с боями начали отходить за Северский Донец, а правофланговые — на Барвенково. Ввод в сражение двух наших танковых корпусов в полосе наступления 6-й армии, произведенный только 17 мая, был уже запоздалым. Танкам пришлось преодолевать подготовленную оборону на тыловом рубеже.

Обстановка требовала прекращения Харьковской операции. Однако командование Юго-Западного направления и фронта недооценивало опасности со стороны краматорской группировки врага и не считало необходимым прекращать наступление. В оценке ближайших перспектив командование Юго-Западного направления исходило из предположения, что противник после ввода в сражение двух танковых и трех пехотных дивизий не в состоянии больше выделить значительные силы для проведения контрнаступления. В действительности немецко-фашистское командование не отказалось от запланированного наступления с целью ликвидации Барвенковского выступа и располагало возможностями для его осуществления.

Общий план контрнаступления немцев состоял в том, чтобы нанести два удара: один — из района южнее Барвенково и другой — из района Славянска в общем направлении на Изюм. Этими действиями враг хотел рассечь войска 9-й армии и окружить всю барвенковскую группировку наших войск. Главная роль в этом наступлении отводилась армейской группе Клейста, поскольку отсутствие в распоряжении командования Южного фронта необходимых сил для ведения активных действий на Славянском направлении давало возможность группе Клейста без помех подготовить мощный удар на изюм-барвенковском направлении.

К перегруппировке войск для нанесения ударов противник приступил 13 мая и закончил ее к исходу 16 мая. К этому времени количество войск противника перед 57-й и 9-й армиями Южного фронта увеличилось на три пехотные и танковую дивизии, что дало ему возможность создать общее тройное превосходство над войсками 9-й армии. На отдельных участках превосходство противника достигло по танкам и орудиям 6–7- кратного.

События продолжали развиваться неблагоприятно. Вследствие отхода 9-й армии и продвижения противника на север вдоль реки Северский Донец создалась угроза окружения всей группировки советских войск, действовавшей в Барвенковском выступе. Вечером 17 мая генерал А. М. Василевский, временно исполнявший обязанности начальника Генерального штаба, доложил Верховному Главнокомандующему о критической обстановке в полосах 9-й и 57-й армий и предложил прекратить наступление Юго-Западного фронта, а часть сил из состава его ударной группировки бросить на ликвидацию угрозы, возникшей со стороны Краматорска. Иных способов спасти положение, как писал в своих мемуарах маршал Г. К. Жуков, не было, поскольку в этом районе никакими резервами фронт не располагал.

Все соединения 57-й и 9-й армий к этому времени занимали оборону на широком фронте. 57-я армия, имея 4 дивизии в первом эшелоне (одна дивизия составляла армейский резерв), располагалась на фронте 80 км, со средней плотностью 20 км на дивизию, 4,6 орудия и миномета на 1 км фронта. 9-я армия была развернута на фронте 96 км, имея в первом эшелоне 5 стрелковых дивизий. Средняя оперативная плотность войск первого эшелона равнялась 19 км на дивизию, 9 орудий и минометов на 1 км фронта. На всем 176-км фронте этих армий оборона строилась по системе опорных пунктов. Глубина обороны не превышала 3-4 км. Инженерное оборудование местности для обороны было недостаточным. Командование Южного фронта не располагало возможностями для серьезного усиления 9-й и 57-й армий с тем, чтобы создать наиболее прочную оборону на особо угрожаемых направлениях. Поэтому вопрос оперативного обеспечения с юга ударной группировки войск Юго-Западного фронта, наступавшей на Харьков, в сложившейся обстановке приобретал стратегическое значение, и разрешение этого вопроса являлось прерогативой Главкома ЮЗН и Ставки ВГК.

С утра 17 мая противник при поддержке авиации нанес мощные удары по правому крылу Южного фронта в районе севернее Славянска и южнее Барвенково, прорвал слабую оборону 9-й армии и в первой половине дня продвинулся на глубину до 20 км, создав угрозу тылам 57-й армии и всей ударной группировке Юго-Западного фронта. Этот удар оказался неожиданностью для нашего командования. В создавшейся обстановке командующий Южным фронтом в 15 часов 20 минут 17 мая отдал распоряжение о передаче в 9-ю армию из своего резерва 5-го кавалерийского корпуса, 296-й стрелковой дивизии, 3-й танковой бригады и двух гвардейских минометных полков. В свою очередь Главнокомандующий Юго-Западным направлением в 16 часов подчинил командующему Южным фронтом 2-й кавалерийский корпус и потребовал организовать всеми силами, имевшимися в Барвенковском выступе, удар по прорвавшемуся врагу. Одновременно на угрожаемое направление из полосы 38-й армии перебрасывались 343-я стрелковая дивизия, 92-я танковая бригада и батальон противотанковых ружей, которым была поставлена задача занять оборону южнее города Изюм. Однако в условиях полного отсутствия связи со штабом 9-й армии и кавалерийскими корпусами осуществить эти мероприятия практически оказалось невозможным. Поэтому командующий Южным фронтом первоочередной задачей поставил не допустить форсирования противником реки Северский Донец и развития наступления в северном направлении.

В своем докладе в Ставку, направленном в 17 часов 30 минут 17 мая, Военный совет ЮЗН доносил, что целью действий противника является овладение городами Барвенково, Изюм и срыв наступления Юго-Западного фронта. Отмечая важность сохранения прочного положения на правом крыле Южного фронта, Военный совет просил Ставку усилить их двумя стрелковыми дивизиями и двумя танковыми бригадами, на что Ставка дала согласие. Однако прибытие этих сил ожидалось не ранее 20-21 мая. Учитывая резкое ухудшение обстановки на фронте 9-й армии к исходу 17 мая, Главнокомандующий Юго-Западным стратегическим направлением в 1 час 35 минут 18 мая принял решение направить на этот участок из состава 6-й армии 23-й танковый корпус. Это решение, по существу, означало отказ от дальнейшего развития удара на Харьков с юга и поворот части сил ударной группировки Юго-Западного фронта для отражения удара войск Клейста со стороны Славянска. К этому же времени относится и обращение по телефону Военного совета ЮЗН к Ставке с просьбой разрешить прекратить наступление на Харьков, на что последовал отказ. В связи с дальнейшим ухудшением обстановки на участке 9-й и 57-й армий Главком ЮЗН в 21 час 50 минут 18 мая приказал изъять из 6-й армии 21-й танковый корпус и стрелковую дивизию и направить эти силы также для отражения удара группы Клейста.

Однако нарушение связи в войсках, находившихся в Барвенковском выступе, не позволило своевременно провести намеченную перегруппировку сил. Части 23-го танкового корпуса начали выводиться из боя лишь во второй половине 18 мая, а 21-й танковый корпус — только в 10 часов 19 мая. Противник к этому времени значительно расширил прорыв и создал угрозу окружения наших войск в Барвенковском выступе. В этой обстановке Главком ЮЗН в 19 часов 19 мая отдал приказ на переход к обороне на всем Барвенковском выступе с тем, чтобы сосредоточить основные силы на разгроме прорвавшейся группировки врага. Это решение было утверждено Ставкой, но оно оказалось запоздалым.

23 мая армейская группа «Клейст», наступавшая из-под Краматорска, соединилась в районе 10 км южнее Балаклеи с частями 6-й немецкой армии, перерезав советским войскам, действовавшим в Барвенковском выступе, пути отхода на восток за реку Северский Донец. Соединения, отрезанные западнее Северского Донца, были объединены под общим командованием заместителя командующего фронтом генерала Ф. Я. Костенко. С 24 по 29 мая, ведя бои в окружении, они небольшими отрядами и группами прорывались через фронт немецких войск и переправлялись на восточный берег Северского Донца.

Одновременно с наступлением в районе Барвенковского плацдарма противник усилил удары и на волчанском направлении, где ему удалось окружить вторую ударную группировку Юго-Западного фронта.

Борьба советских войск в окружении с превосходящими силами противника была очень тяжелой. Немецкая авиация господствовала в воздухе. Ощущался острый недостаток боеприпасов, горючего и продовольствия. Попытка командования Юго-Западного направления прорвать фронт окружения извне ударом части сил 38-й армии и деблокировать окруженные части большого успеха не имела. Тем не менее благодаря этому удару из окружения вышли около 22 тыс. бойцов и командиров во главе с членом Военного совета Юго-Западного фронта дивизионным комиссаром К. А. Гуровым и начальником штаба 6-й армии генералом А. Г. Батюней. В неравных боях геройски погибли многие солдаты, командиры и политработники. Пали смертью храбрых генералы А. Ф. Анисов, Л. В. Бобкин, А. И. Власов, А. М. Городнянский, Ф. Я. Костенко, К. П. Подлас и другие.

Таким образом, успешно начавшаяся в мае 1942 года наступательная операция Красной Армии в районе Харькова закончилась неудачей. Войска двух фронтов понесли большие потери в живой силе и технике.

Такой исход Харьковской операции явился результатом прежде всего недостаточно полной оценки командованием Юго-Западного направления и фронта оперативно-стратегической обстановки, отсутствием хорошо организованного взаимодействия между фронтами, недооценки вопросов оперативного обеспечения и ряда недочетов в управлении войсками. К тому же командование направления и фронта своевременно не приняло меры к прекращению наступления в связи с резко осложнившейся обстановкой в районе операции.

К трагедии под Харьковом привело и то, что значительная часть соединений и частей советских войск была недостаточно сплоченной, они не были обеспечены в нужном количестве современной боевой техникой и боеприпасами. Командный состав всех звеньев не обладал еще достаточным боевым опытом. Командование направления не всегда объективно информировало Ставку о положении на фронтах.

Поражение под Харьковом оказалась весьма чувствительным для войск всего Юго-Западного направления. Потеря большого числа людей, техники и вооружения была тяжелым ударом накануне важных событий, которым предстояло развернуться летом 1942 года на южном участке советско-германского фронта.

Таким образом, в результате поражения войск Юго-Западного и Южного фронтов в Барвенковском выступе ударная сила их была значительно ослаблена. Поэтому пришлось отказаться от намеченных на лето наступательных операций на всем юго-западном направлении. В конце мая 1942 года перед войсками этого направления были поставлены оборонительные задачи: прочно закрепиться на занимаемых рубежах и не допустить развития наступления немецко-фашистских войск из района Харькова на восток.



© Международный Объединенный Биографический Центр

Немножко рекламы:
Представляем вам кухни эконом класса с фасадами МДФ